Как в СССР было «хорошо»: для тех, кто подзабыл

151VAHBxfucБольше, чем я, навряд ли здесь кто знает, каково в действительности было положение в стране с товарами народного потребления и продовольствием, поскольку мне «посчастливилось» после института три года отрабатывать практику в святая святых советской экономики – в торговле. Причем в достаточно крупной межрайонной базе, которая снабжала промышленными и продовольственными товарами три района.

То, с чем я столкнулся на работе как молодой специалист, заставило меня пересмотреть все свои наивные коммунистические взгляды и принципы. Быстро пришло осознание, что без блата и подкормки начальников разного уровня, абсолютно ничего нельзя сделать - ни вагоны вовремя разгрузить с помощью «химиков» - полузеков, ни простой закрыть, уговаривая начальника станции, ни автотранспорт или контейнер заказать, - ничего нигде просто так не пробьешь, зато каждый день по телефону из центра звонят из вышестоящей организации, требуют плана, но покрывать план нечем, фондовых товаров едва хватает на 60-70%, требуется искать по крохам по всей стране, и все время по телефону кричит мой прямой начальник из областного центра: «Мы все солдаты, приказ дан – выполняй!»

Складские помещения в полуаварийном состоянии, лопаются зимой трубы отопления, из семи бригад грузчиков три бригады – женские. Женщины, чтобы заработать больше, таскают и мешки с сахаром. Мужики дерутся за право разгружать вагоны с водкой. Водка поступает исправно и в большом количестве. На базе есть крупный собственный винный цех, делаем бормотуху.

И каждый день ко мне в кабинет вваливаются разные начальники всех уровней, и просят отпустить по блату кому шапку из норки, кому для жены воротник из песца, кому просто индийский чай, шины для «жигуленка», кожаную куртку, стройматериал... всем что-то надо, и нигде ничего нет, а все, что есть на базе дефицитного, уходит по разнарядке райсовета, райкома, или этим распоряжается лично руководитель базы, то есть я сам. Нигде ничего в магазинах нет, но почти все (кроме основных продуктов питания) есть у меня, и я становлюсь блатным человеком районного масштаба. Правда сначала отказывался отпускать по блату, но система быстро меня научила жить в системе правильно.

Приходят с просьбами врачи, военком, судьи, прокуроры, ОБХСС, председатель райсовета.... Не просят ничего райкомовские работники - у них собственные каналы снабжения. Каждый предлагает свои услуги : военком покупал стенку, предлагал звание старшего лейтенанта, судья за меховую шапку позволил выиграть процесс против нашего работника, пониженного в должности.....

Я работал без выходных по 12- 15 часов в день. Начинал как ст. инженер, потом через шесть месяцев - гл. инженер, а через год вынуждены были уйти директор и его первый зам, я стал временно исполняющим обязанности директора, и три месяца тянул эту лямку, наша областная контора решила назначить меня директором, но райком поставил условие – чтобы вступил в партию, я отказался, - пришел новый директор, а я стал на два года зам. директора по торговле.

Я обязан посещать все районные и областные собрания, конференции, так называемый партхозактив. Секретари райкома твердят, что придется снова подтянуть пояса, наступают трудные времена.

После совещаний партхозактива устраиваются жаркие банкеты, пьют все - первого секретаря райкома потом находят в стельку пьяного, лежащего на земле перед своим домом. А вечером по телевизору маразматический лидер страны, еле выговаривая слова, заканчивает свой доклад угрозой: «Коммунизм победит во всем мире!» - бурные продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию.

А мне наутро ехать по городам великой страны в поисках пряников, конфет, обуви, галантерейных безделушек, по пути заехал в Краснодарский край - поставщику вина мы задолжали тару, с нас могут взыскать крупный штраф, угощаю в ресторане зам. директора, записываю его требования: прислать вельветовый костюм, воротник песцовый для жены, и для завода - краску, шифер, и доски.

Я был в командировках в Челябинске, Уфе, Москве, Куйбышеве, Горьком, Вологде, Свердловске, Магнитогорске, Краснодаре – везде примерно одно и то же – колбас и масла сливочного нет в магазинах. Хотя иногда что-то появляется и тут же исчезает.

В Москве было все, но за мясом были длинные очереди, в свободной продаже мясо было только на рынках за большую цену. Промышленных товаров в Москве тоже острый дефицит. В ГУМе и ЦУМе вытраивались огромные очереди, когда выбрасывали чешскую обувь, немецкую верхнюю одежду, польскую косметику.

В Москве дефицитом были даже хорошие сигареты. «Яву» продавали всегда из-под полы за 35 коп вместо госцены – 30 коп. За разливным пивом выстраивались огромные очереди. Стояли с 3-х литровыми банками, но пиво всегда было разбавленное.

Никто в низах среди рабочих и крестьян не верит партии.

Дома у меня - у торгового работника – редко что было - ни масла, ни колбасы, ни мяса. Мне еще не хватало ума или наглости просить по блату в ОРСе (Отдел рабочего снабжения), где было все, даже деликатесы типа языка, но только из-под полы, и только по блату.

Правда всегда и везде в продаже минтай, консервы рыбные и водка.

Работа была не по мне. И я, отработав положенные три года, перешел в союзное ВНИИ, хотя предлагали директором на другую базу. То, чем занимались ученые, было очень далеко от жизни, это вообще никак не пересекалось. Собственно, никто толком и не работал. У всех были какие-то научные направления по изучению экономики, спроса и пр. Но никто не изучал главного – что вся проблема была в крайне неэффективном хозяйственном механизме. Этим занималось исключительно Политбюро, законсервировавшее модель сталинского управления.

Навидавшись всего этого, вот так люди и начинали читать самиздат, и становились антисоветчиками или внутренними диссидентами, либо циничными комсомольскими работниками и коммунистами ради карьеры.

А страна медленно разрушалась, страну разъедала изнутри ржавчина экономического хаоса, с которым ничего не могли сделать, поскольку все, что требовалось сделать, было бы отступлением от принципов социализма. И разъедала друга ржавчина - духовная - неверие в догмы партии, страна жила в атмосфере пустоты, пьянства и нетерпения.

Эта болезнь называется распределительная система власти. И ей не было альтернативы. В смысле мирного способа разрешения конфликта населения с этой системой. Добровольно никто от власти не отказывается. НО это уже политика.

Я как раз работал в кооперативной торговле. Это было отраслью заготовок, скупали у населения, а продавали в больших городах, в которых было от силу пару кооперативных магазинов, но мяса я там не видел в свободной продаже.

Да, в столовых были мясные блюда, но и там процветало воровство, котлеты были скорее хлебными, чем мясными. В нашем крупном райцентре хорошая и дешевая столовая была только в самом мясокомбинате. Куда однажды привели и меня - по блату.

Сама система и каналы распределения были продиктованы дефицитом.

А не потому возникал дефицит, что плохая была система распределения.

Плохим был весь хозяйственный механизм, промышленность была ориентирована на безопасность, при том, что разработки в военных областях никогда не проникали в гражданские сферы, как на Западе.

Совершенно неуклюжим был механизм внедрения рационализаторских предложений.

Могли делать почти все вручную, на коленях, но запустить в серийное производство практически невозможно было, если только не касалось оборонки и космоса.

Планирование всего и вся тормозило динамику производства.

Главным критерием планирования была база от достигнутого, поэтому производилось много ненужной продукции, и не хватало нужной, в особенности товаров народного потребления.

Источник.

Поддержать проект:

PayPal:

Webmoney (рубли): R426908583431

Webmoney (доллары): Z153314657869

Метки текущей записи:

 

 

Статья прочитана 181 раз(a).
 

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Как в СССР было «хорошо»: для тех, кто подзабыл"

Войти, чтобы написать отзыв.

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Бизнес-публикации

Читать нас

Связаться с нами

Вы можете отправить нам сообщение, воспользовавшись формой на странице Обратная связь