Григорий Явлинский. Чрезвычайщина

yavlinskyВ Сирии новый виток насилия, нарушено перемирие. Запад обвиняет Россию в военных преступлениях и в срыве переговорного процесса. Россия же как ни в чем не бывало «празднует» годовщину начала операции в Сирии, рапортуя о заметных только из Кремля успехах ВКС РФ в борьбе с террором. Российские и американские военные больше не пытаются восстановить перемирие в Сирии. Вместо того чтобы бороться с общим врагом — терроризмом, Россия и США оказались в шаге от очного противостояния друг с другом в разрываемой внутренними конфликтами Сирии.

ЧТО ПРОИСХОДИТ?

Российская военная кампания в Сирии из парадного мероприятия превращается в непролазную трясину наподобие той, в которой Советский Союз увяз когда-то в Афганистане.

Воспользовавшись перемирием, силы Асада и их российские покровители рассчитывали с помощью жесточайших бомбардировок выдавить всех противников сирийского президента из стратегически важного Алеппо — не только общепризнанных террористов из «Джабхат-ан-Нусра», но и умеренную оппозицию, в которой сирийский диктатор видит для себя главную опасность. Оппозиция, естественно, против такой трактовки перемирия. Против и американцы, являющиеся для оппозиции гарантом. Неудивительно, что такое неоднозначное перемирие было сорвано. Результат — прекращение всех контактов российской стороны с американцами и возникновение существенной опасности военного столкновения России и США на сирийской территории.

И именно в этот момент Москва отправляет в Сирию зенитно-ракетные комплексы С-300 и заявляет о выходе из плутониевого соглашения, очевидно, напоминая американцам и всему миру, что Россия — ядерная держава.

ЗАЧЕМ?

Главная цель Путина в Сирии не защита Асада и его режима и не борьба с исламистами в этом регионе. Самоутверждение на мировой арене — вот основная задача, которую решает Путин на Ближнем Востоке, провоцируя острый конфликт с США и всем западным миром. Таким образом нагнетается напряженность как вокруг России, так и внутри страны. Чрезвычайщина — это тот политический бульон, который нужен Путину для удержания власти, для внутриполитического произвола, для наращивания авторитаризма, для движения в сторону гибридной диктатуры и собственного культа, давления на общество, введения всё новых и новых репрессивных мер. А ещё это нужно для проведения президентских выборов в условиях форс-мажора… Однако прямого столкновения с США Путин всё же не хочет, поскольку понимает реальное соотношение сил, а главное — соотношение ресурсов. Как азартный игрок, он приближается к самому краю и балансирует на грани столкновения.

Однако в этих условиях в любой момент может произойти что угодно. И тогда прямое столкновение с США уже будет неминуемым — блеф и игры в нагнетание напряжённости могут перерасти в войну. Сначала это будет локальное столкновение, которое потом может вылиться в крупномасштабную войну. И последствия здесь непредсказуемы.

Для пущей убедительности российские власти проводят показательный экономический манёвр: в бюджет на 2016 год вносятся поправки — закрытые расходы увеличивают почти на 680 млрд руб., а их доля в общих расходах возрастает до 22,3%. Одновременно ассигнования по открытой части федерального бюджета в 2016 году сокращают на 374,5 млрд руб. по сравнению с действующим законом о бюджете. Секретные расходы составят теперь 3,66 трлн руб. А на будущий год Государственная дума будет принимать «бюджет войны» с дополнительным увеличением военных расходов и резко возросшим финансированием ЦИКа (видимо, на случай досрочных президентских выборов). Для всех остальных бюджетополучателей без исключения предусмотрено только уменьшение финансирования. Кроме того, готовятся поправки в Бюджетный кодекс, согласно которым у министра финансов (т. е. у президента) при необходимости (?!) появится возможность бесконтрольной и без каких-либо обсуждений переброски 10% бюджета в пользу силовых ведомств.

В эту же корзину Путин положил и смехотворный законопроект о плутонии, сообщив таким образом о всех своих обидах: об акте Магнитского, о международной изоляции из-за войны в Украине, о потерях от санкций и от своих же собственных контрсанкций, о продвижении инфраструктуры НАТО в страны Восточной Европы… Очевидно, что все эти «обиды» давние, не вчера появившиеся и большая их часть — прямое следствие ошибочной, тупиковой внутренней и внешней политики российского руководства.

Понятно, что никакого практического значения такой демарш иметь не может.

ПОЧЕМУ?

Такую странную и опасную политику Кремля можно объяснить очень низким профессионализмом людей, стоящих у власти, их крайне невысокими личными качествами, а также утратой всяких ориентиров и стратегий во внешнеполитическом курсе. Год назад операция в Сирии внезапно начинается, уже через шесть месяцев неожиданно объявляется успешно завершённой, а ВКС якобы выводятся. Но теперь спешно принимается решение, согласно которому воздушно-космические силы РФ остаются в Сирии навсегда (пока там будет Асад). Делается всё «на коленке», и последние действия выглядят даже не как шантаж, а как паника… Вот и приходится Пескову анекдотично объясняться: мол, законопроект по плутонию на самом деле не имеет отношения к отмене санкций, их дописали просто так… Очень смешно.

А ещё такие цирковые политические представления нужны для того, чтобы скрыть реальные результаты годового присутствия России в Сирии, наиболее показательным из которых является недавний минометный обстрел здания российского посольства в Дамаске. То есть противники Асада как были, так и остались в двух шагах от центра сирийской столицы.

Но главное даже не в этом. Конфликт России с США в Сирии только усугубляет и без того негативные последствия противостояния с Западом, возникшего из-за российского вмешательства в дела Украины. Использование «ядерных» аргументов в практической политике в ситуации с Крымом, а теперь ещё и в Сирии красноречиво свидетельствует о том, что других аргументов у российских властей больше нет и что, не желая отказываться от своего тупикового курса, режим может пойти на самые радикальные меры.

МОЖНО ЛИ ПО-ДРУГОМУ?

У России и США была возможность, вопреки взаимному недоверию, всё-таки сделать шаг к совместным действиям в борьбе с международным терроризмом, базирующимся в Сирии. Необходимость такого взаимодействия давно понятна и полностью отвечает интересам России.

Однако реальную возможность движения вперёд разменяли на уже привычную ложь. Удары по гуманитарным колоннам и больницам в Сирии Кремль прикрывает враньём. Государственная ложь бесконечна, она в каждой клеточке системы: в спорте — подмена допинг-проб; на выборах — фальсификации, вбросы, приписки; в страшной истории со сбитым над Донбассом «Боингом»... Количество лжи только увеличивается, заслоняя от людей реальность, подменяя её.

Борьбе с терроризмом Россия предпочла бессмысленную и бесполезную защиту Асада: сохранение его у власти, создание иллюзии того, что он сможет когда-либо вновь возглавить единую Сирию. Поэтому, срывая перемирие, Россия пытается «хитро» вернуть силам Асада контроль над Алеппо.

Своей внешней политикой Кремль продолжает загонять российскую периферийную экономику в капкан. И ведь нельзя сказать, что из этого капкана уже нет возможности выбраться, что «обложили меня, обложили». Согласие американцев на сотрудничество в Сирии и тот факт, что Европа продолжает говорить о минских соглашениях, — это те самые возможности, которые Россия могла бы ещё использовать. Но нет, этого не происходит.

ЧЕГО ХОЧЕТ ПУТИН?

Путин и его ближайшие соратники хотят, чтобы к России в современном мире относились так же, как когда-то к СССР, — как к сверхдержаве. Однако они не понимают, что отношение к СССР было построено на политико-психологических моделях второй половины XX века, когда за Советским Союзом была серьёзная идеология, охватившая полмира, а в самой возможности применения одной из сторон ядерного оружия не было сомнений. На нейтрализации этой возможности и строилась политика разрядки и разоружения.

Теперь Россия пытается вернуть тот контекст, не имея никакой идеологии, без каких-либо союзников и в совершенно новых глобальных условиях, напоминая миру, что российский ядерный арсенал не только для хранения. Но мир, принимая к сведению агрессивность России и медленно, как бы нехотя делая выводы, не возвращается к прежним моделям.

Российское руководство загоняет себя в ловушку. Оно считает, что Запад, поверив в серьёзность российских намерений, изменит жёсткую политику в отношении нарушений в России прав человека (акт Магнитского) или в отношении незаконного вмешательства в дела соседей (санкции в связи с украинскими событиями). Однако собственную политику в Кремле менять не собираются, поэтому и реакция в мире, несмотря на угрозы, тоже не изменится. И как далеко могут зайти уже недвусмысленные намеки о сверхъядерном статусе, не знают даже сами российские власти: всем своим видом показывая, что делают «осознанный выбор», они ведут страну к жестокой изоляции по «пути, которого нет».

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Война в Сирии, в которую Россия вмешалась вопреки своим национальным интересам и в которой борьба с терроризмом по факту не стала приоритетом, — неиссякаемый источник угроз для нашей страны. Глухой сирийский тупик только доказывает, что смена кремлевской политики — главная задача российского общества на сегодняшний день, это приоритетный вопрос национальной безопасности.

Григорий Явлинский.

Поддержать проект:

PayPal:

Webmoney (рубли): R426908583431

Webmoney (доллары): Z153314657869

Loading...

 

 

Статья прочитана 91 раз(a).
 

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Григорий Явлинский. Чрезвычайщина"

Войти, чтобы написать отзыв.

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Бизнес-публикации

Читать нас

Связаться с нами

Вы можете отправить нам сообщение, воспользовавшись формой на странице Обратная связь