Евгений Ихлов. КАК РАЗОМКНУЛАСЬ ИСТОРИЯ: НЕСВОЕВРЕМЕННОЕ О ВАЖНОМ

На самом деле эти рассуждения полагалось бы публиковать не в начале января, но в начале августа.

Почему, читатель поймёт парой минут абзацев позже.

Но я не солидное издание, чтобы тщательно следить за соблюдением «датского подхода» к размещению более-менее отвлечённых материалов.

Итак, периодически я упоминаю в своих текстах некие длинные исторические периоды, внутри которых уже видны определённые тенденции.

Вот недавно, в «Капремонте леволиберализма», сказав, что общий идеологический сдвиг с правого на левое — это генеральная тенденция западной цивилизации, я огорчил некоторых читателей, не только решивших, что сбрендевший мир идёт к социализму, и что я этому потакаю.

Вообще, торопливое проскакивание некоторых моментов, вынужденное, чтобы не повторять более пространные рассуждения годовой или полугодовой давности, часто сбивает с толку.

Речь идёт только о том, что «левое» — это идеологическая мода на продвижение к будущему состоянию цивилизации, а «правое» — тяготение к возвращению к базовым принципам существующего, каковое — это вчерашнее «светлое будущее», а нынче — «старые добрые времена».

Вот, например, в течении последних 800 лет — со дня появления относительно современных понятий о гражданских свободах («Великая Хартия вольностей») и началу движения за освобождение городов от феодалов и за создание системы демократического самоуправления в Западной Европе, левым очень долго считался вектор антифеодальный, антиклерикальный, рыночно-демократический.

И только где-то 225 лет назад ещё «более левым» стали называть антирыночное движение за уравнительную социальную справедливость…

Но, спешу я успокоить читателя, для нас — «левое будущее» — это торжество буржуазной демократии и укоренение рационально-либерально-»протестантистских» принципов Макса Вебера.

И окидывая века и тысячелетия, я попытался найти ключевой монент, событие, разомкнувшее циклизм западной цивилизации, и тем давший ей неоспоримое превосходство над остальными цивилизациями — незападными, обречёнными на прохождение фазы упадка и распада.

Я предположил, что этот момент — разрушение Второго Иерусалимского Храма иудеев в августе 70 года н.э., того самого, от которого римские победители демонстративно оставили только западную сторону внешней стены — знаменитую Стену Плача (или в еврейской традиции — Котель), которую по преданию простолюдины строили своими руками, тогда как остальные три участка возводили люди знатные — священники, аристократы и купцы, лишь дававшие деньги наёмным работникам.

Здесь отступлю чуть назад.

Уже 2000 лет как параллельно с священниками-коэнами, творящими храмовое богослужение, во всю действовали проповедники и даже миссионеры, те самые евангельские «книжники и фарисеи», которые не были священниками, и не могли служить (служба шла только и исключительно в Иерусалимском Храме, альтернативные храмы — на острове Элефантин на Ниле и на горе Гаризим в Самарии рассматривались как грань ереси.

Но раввины (наставники), подобно муллам и протестантским пасторам занимались проповедничеством.

Причём, Иисус (вот появилась январская тема) резко критиковал ессеев, сосредоточивших свою проповедь в экозерических общинах, типа Кумранской, говоря, что светильник надобно поднимать повыше и ставить на окна (первый древний способ освещать города), а не накрывать горшком… Конечно, перед этим была огромная традиция учителей мудрости — эллинская, индуистская, буддистская (ведь во всю шло Осевое время), проповедующих людям.

Но эта деятельность сосредотачивалась либо в кружках посвященных, либо в общинах (ашрамах), школах, часто платных и академиях.

Насколько я помню, Сократ был первым и последним эллинским философом, проповедующим мораль базарным толпам и бесплатно…

Разрушение иудейского Храма сделало проповедь важнейшей частью богослужения.

Этот паттерн с охотой приняли первохристиане, довольно долго заявлявшие себя ответвлением иудаизма, в рамках принятого в зарождающемся раввинистическом иудаизме плюрализма.

После полутысячелетия такой практики, этот же паттерн был принят исламом.

Здесь надо вспомнить, что на самых архаических стадиях религиозности — шаману/магу/пророку хоть самые зачаточные свойства личностности у его паствы только мешали.

Он был пневмогогом, и чем более была лишена индивидуальности натура, тем проще было её водить по «верхним» и «нижним» мирам.

При появлении жрецов систематического государственного храмового культа от паствы уже требуется некое понимание происходящего — разницы между богами, текста читаемых молитв жрецами и хором исполняемых песнопений.

Уже нужны самые элементарные теологические знания — хотя бы просто для укрепления конфессиональной идентичности.

И вот проповедничество обращается не только к знающим разницу между Исидой, Кибеллой и Богородицей, и знающим основные требования и запреты, но и к способным видеть некую нравственную суть религиозных предписаний.

Позднее же, когда начинаются споры и дискуссии между проповедниками и богословами, и они ищут себе массовую поддержку — сперва среди клира и в академической среде, потом — уже среди «продвинутых» прихожан, вся западная цивилизация, а потом и ислам, разворачиваются к моделям, пестующим, а не подавляющим индивидуальность и способность к критическому анализу.

И культуры меняют качество…

Евгений Ихлов.

Поддержать проект:

PayPal:

Webmoney (рубли): R426908583431

Webmoney (доллары): Z153314657869

Метки текущей записи:

 

 

Статья прочитана 95 раз(a).
 

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Евгений Ихлов. КАК РАЗОМКНУЛАСЬ ИСТОРИЯ: НЕСВОЕВРЕМЕННОЕ О ВАЖНОМ"

Войти, чтобы написать отзыв.

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Бизнес-публикации

Читать нас

Связаться с нами

Вы можете отправить нам сообщение, воспользовавшись формой на странице Обратная связь